Судьи США требуют наказания за указание недостоверных ИИ-ссылки в исках

Конец мая 2026 года ознаменовался очередным тревожным сигналом для юридического сообщества.

Федеральный судья США Патрисия Барксдейл из Среднего округа Флориды направила официальное предложение в Конференцию США, требуя принятия общенационального правила, обязывающего стороны судебного процесса удостоверять достоверность ссылок на правовые источники в своих документах.

«Использование генеративного ИИ без проверки достоверности приводит к цитированию несуществующих дел», — резюмировала судья.



Поводом для жесткой инициативы послужило постановление Верховного суда Флориды, вводящее новые требования к сертификации судебных материалов и наделяющее судей полномочиями налагать санкции за подачу «галлюцинированных» вымышленных дел.

Правила вступают в силу уже 15 июня 2026 года.

Серия инцидентов, спровоцированных слепой верой в генеративные языковые модели, привела к многочисленным санкциям и даже уголовному преследованию юристов.

Однако теперь стало ясно: проблема приобрела глобальный масштаб, а российская судебная система также столкнулась с «ИИ‑фальсификатором» и дала на него однозначный ответ.

Почему ИИ «выдумывает»: анатомия неправдоподобных ссылок

Большие языковые модели (LLM) работают по принципу «продвинутого автодополнения».

Они генерируют текст, предсказывая следующее слово на основе статистических закономерностей в обучающей выборке.

Они не обращаются к авторитетным юридическим базам данных и не «понимают» правовые концепции — они лишь предсказывают, какие слова с наибольшей вероятностью должны появиться следом.

В результате модель может выдать ответ, который звучит убедительно, но на самом деле является полностью вымышленным: несуществующие судебные дела, нереальные судебные мнения и выдуманные правовые прецеденты.

Исследования специализированных юридических инструментов ИИ показывают уровень галлюцинаций от 17% до 34% в зависимости от платформы, а для ChatGPT-4 в юридических ответах он может достигать 47%.

Хронология злоупотреблений: зарубежные прецеденты

Дело «Мата против Avianca» (2023): точка невозврата

Адвокаты нью-йоркской фирмы подали правовое обоснование, содержавшее ссылки на шесть несуществующих судебных дел.

Когда судья потребовал проверки, один из адвокатов попытался удостовериться в их достоверности, задав ChatGPT вопрос — а действительно ли эти дела реальны? ИИ самоуверенно подтвердил подлинность.

По данным исследователя Дамьена Шарлотена, на 28 мая 2026 года в более чем 490 судебных инстанциях по всему миру зафиксированы случаи появления «галлюцинированных» ИИ-ссылок.

Канзас, февраль 2026: ошибка за $5 000

Федеральный судья Джули Робинсон наложила санкции на группу адвокатов компании Lexos Media IP.

В документах содержались несуществующие дела, выдуманные цитаты реальных судебных решений и правовые аргументы, не подтвержденные источниками.

Адвокат Сандип Сет признался в использовании ChatGPT и в том, что он «не был обучен» работе с генеративными моделями. Судья оштрафовала пятерых юристов на суммы от $1 000 до $5 000, а одного лишила права практики в этом суде.

Канада, декабрь 2025: уголовная ответственность

Адвокат Джисух Ли подала документ в Верховный суд Онтарио, содержавший вымышленные судебные решения. Когда суд не смог найти ссылки, Ли сначала отрицала использование ChatGPT, но позже призналась во лжи.

В декабре 2025 года дело передано генеральному прокурору для рассмотрения возможности уголовного преследования за неуважение к суду.

Уолл‑стрит, апрель 2026: сбой у 145-летнего гиганта

Фирма Sullivan & Cromwell признала в федеральном суде по делам о банкротстве, что поданный документ содержит как минимум 28 сгенерированных ИИ ошибочных ссылок: несуществующие дела, вымышленные цитаты, ссылки на несуществующие статьи кодекса.

Внутреннее правило фирмы гласит: «не доверяй ничему, проверяй все», но оно не было соблюдено.

Документ пришлось отозвать.

Российская практика: первый прецедент и позиция судов

Проблема «галлюцинирующих» нейросетей, копившаяся в российской судебной системе, в 2026 году перешла из области дискуссий в практическую плоскость.

Судебные акты, вынесенные в первой половине года, сформировали четкий правовой подход: технологии — это хорошо, но полная ответственность за текст всегда лежит на подписавшем его человеке, и доверие к ИИ не освобождает от обязанности проверять факты.

Российская судебная система столкнулась с новым вызовом — «искусственным интеллектом-фальсификатором», а судьи дали на него однозначный ответ.

Резонансный прецедент: дело № А27-7831/2025

Первым крупным инцидентом стало дело № А27-7831/2025, рассмотренное Арбитражным судом Западно-Сибирского округа. В рамках спора о взыскании задолженности по бухгалтерским услугам ответчик подал кассационную жалобу, щедро приправив ее ссылками на судебные акты высших инстанций.

В подтверждение своей позиции были приведены конкретные номера дел, даты и прямые цитаты из определений.

Однако проверка через официальные базы судебных решений показала, что значительная часть приведенной судебной практики не существовала в природе: одни акты были вымышлены полностью, другие содержали искаженные цитаты, третьи относились к абсолютно иным правоотношениям — таможенным или страховым, никак не связанным со спором об услугах.

Представитель компании в суде, по сути, признал очевидное: данных судебных актов на самом деле нет.

Суд не только отказал в удовлетворении жалобы, но и вынес отдельное определение о наложении судебного штрафа на заявителя в размере 50 000 рублей за проявление неуважения к суду и попытку ввести его в заблуждение.

Причем оштрафовали именно саму компанию, а не её юриста. Как пояснили эксперты, суд избрал такой подход, чтобы подчеркнуть грубость нарушения — сменить представителя уже недостаточно, чтобы избежать негативных последствий.

В своём определении суд дал чёткую правовую квалификацию произошедшему: подобные действия были названы «прямым обманом суда», «фабрикацией источников» и «дискредитацией судебной власти».

Суд также прямо указал на недопустимость подготовки кассационной жалобы с помощью искусственного интеллекта без последующей проверки, поскольку ответственность за достоверность сгенерированного текста в любом случае несет участник дела.

Любопытно, что это дело не было экстраординарным по существу спора, но оно стало поворотным в процессуальной практике, показав, как рутинный хозяйственный спор может трансформироваться в громкий прецедент, если одна из сторон злоупотребляет технологиями.

Позиция Верховного Суда РФ и официальные рекомендации

Дело Западно-Сибирского округа породило важную правовую дискуссию, которая достигла высшей судебной инстанции.

В определении по одному из административных дел Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда РФ зафиксировала ключевой подход: характер приведённых ссылок прямо свидетельствует об использовании инструментов ИИ и получении результата в форме «галлюцинаций».

Верховный Суд подчеркнул: использование ИИ для подготовки процессуальных документов само по себе не запрещено. Однако есть жесткое условие — принцип «профессионального человеческого контроля».

ИИ может быть лишь вспомогательным инструментом, он не может заменить профессиональную деятельность юриста, его критическое мышление, профессиональное суждение и правовую квалификацию.

Подача документов, сгенерированных ИИ без проверки, является ненадлежащим исполнением профессиональных обязанностей и может быть квалифицирована как неуважение к суду.

Ещё в июле 2025 года Министерством цифровой трансформации и Министерством юстиции были одобрены «Рекомендации по ответственному использованию искусственного интеллекта для юристов».

Именно на них ссылается Верховный Суд в своих определениях, формируя единый стандарт поведения для всего профессионального сообщества.

Тревожная статистика: рост в 7 раз

Согласно анализу Bloomberg Law, с 2023 года более 280 судебных документов содержали «галлюцинированные» ИИ-ссылки.

В 2025 году количество подобных случаев выросло в семь раз.

Это уже не единичные инциденты, а системный тренд, требующий немедленного регуляторного ответа.

Требование «сертификации точности»

Все перечисленные инциденты происходят на фоне отсутствия прямых законодательных запретов на использование ИИ.

Юристам разрешено пользоваться этими инструментами, но с одним ключевым условием: они по-прежнему несут профессиональную ответственность за проверку точности всех судебных документов.

В США судья Барксдейл предложила внести изменения в Правило 11 Федеральных процессуальных норм, дополнив его требованием, чтобы юристы удостоверяли: «юридические источники действительно существуют и точно цитируются».

Эти рекомендации ожидают рассмотрения в Консультативном комитете не ранее октября 2026 года.

В России аналогичную роль играют «Рекомендации по ответственному использованию ИИ для юристов» и формирующаяся судебная практика, которая уже признаёт подачу «галлюцинированных» ссылок основанием для штрафа и квалифицирует такие действия как обман суда.

Итог: технология как инструмент, а не замена мышления

Российская судебная система в 2026 году сделала выбор в пользу «человеческого контроля» и «юридической гигиены» при работе с ИИ.

Технологии — это лишь средство, а не замена профессиональной ответственности, которую всегда должен нести человек, подписавший документ.

Даже самые совершенные нейросети сегодня — лишь мощный, но слепой инструмент, требующий постоянного контроля.

Полная и слепая интеграция нейросетей в правосудие преждевременна: они не способны принимать решения, требующие судебного усмотрения и работы с абстрактными юридическими категориями.

Юристам рекомендуется осторожно применять LLM с обязательной перепроверкой данных.

Если вы хотите обезопасить свой бизнес от рисков, связанных с интеллектуальной собственностью, авторскими правами или товарными знаками, доверьте эту работу профессионалам. Патентные поверенные Prilan помогут вам грамотно выстроить правовую охрану и защитить ваши интересы в любой, даже самой сложной ситуации.